эротические рассказы

СЕКС В САМОЛЁТЕ

Сергей откинулся в кресле “Боинга”. Сколько же лет он не был в России: шесть или семь? Да, помотало его по Штатам, пока не получил гражданства и не осел в Юте. Теперь у него постоянная работа, небольшой, но свой дом и первый за время его пребывания в США отпуск. Ждет ли его оставшаяся в Москве Татьянка? Сергей был уверен, что ждет, хотя и не звонил ей пару лет. Так уж получилось. Поймет Татьянка. Она всегда понимала его. Ждала, когда он, словно прекрасный принц, примчится за ней и увезет за синие моря в чудную страну Америку. Для этого и летел Сергей в Россию.

Они познакомились на берегу Черного моря. Стоял ослепительный июнь. Женщины с интересом поглядывали на мощные плечи и торс Сергея, покрытые бронзовым загаром. С неменьшим любопытством бросали они взгляды и на то, что находилось ниже.

Пережив несколько мимолетных увлечений, он наконец нашел нужную ему женщину. А может быть, она нашла его… Как и Сергей, Татьяна была врачом. Вроде и немного потанцевали, поговорили в баре, а чувствовали себя как старые знакомые. Сергей пригласил ее в свой номер, где всегда водились коньяк, шампанское, хорошие грузинские вина. Немного выпив, они вышли на балкон. Ласковый южный ветерок пролетал по листве деревьев, принося с моря запах воды, перемешанный с ароматами субтропических цветов. Серебряная луна нарисовала на море четкую дорожку. Ковер звезд в ночном небе раскинулся над ними. Сергей обнял Татьяну за плечи.

– Какая красота! Как чудесно! – прошептала женщина, прижавшись к Сергею.

– Татьянка! Милая моя! – коснулся он губами ее ушка.

– Сереженька, я всю жизнь ждала тебя, – гладила Таня его волосы.

Он взял Татьянку на руки и внес в комнату. Поглаживая Сергея, женщина расстегивала его рубашку. Тот прильнул к ждавшим поцелуя губам, заскользил языком по Татьянкиной верхней десне. Она, тихо постанывая, ласкала язычком его язык. Освободив Сергея от рубашки, Татьянка повела пальчиками по его плечам, лопаткам, позвоночнику, чуть покалывая их ноготками. Сергей погладил обнаженную спину Татьяны, расстегнул молнию на ее вечернем платье. Татьянка сбросила платье легким движением тела, еще сильнее прижалась к Сергею крепкими, но уже чуть покрытыми жирком животом и грудью. Женщина положила голову на плечо Сергея, стала нежно покусывать его шею. Он вновь поцеловал ее в ушко, принялся ласкать языком каждую складку ушной раковины. Татьянка вскрикнула, увлекая за собой Сергея, легла на постель. Слегка покусывая ее шею, опустился к груди. Покрыв поцелуями каждый ее миллиметр, Сергей обхватил губами небольшой твердый сосок и стал поигрывать с ним языком. Затем он несколько раз провел языком под грудью. Продолжая ласкать эту грудь рукой, Сергей принялся за другую. Он слегка покусал сосок и стал слизывать проступившую между Татьянкиных грудей испарину. Потом, целуя живот, достиг пупка. Повертев в нем языком, Сергей прошелся по животу до ложбинки между грудями и вернулся назад. Повторив это несколько раз, начал покусывать живот партнерши, пока не уперся в отделанную кружевом резинку трусиков. Он провел щекой по ставшему влажным материалу. Татьянка вскрикивала все громче, сжимала пальцами пряди волос Сергея. Тот опустил трусики. На него пахнуло интимным антиперспирантом, чем-то телесным, но очень приятным. Зарывшись носом в душистую полоску оставленных на лобке шелковистых волос, Сергей нащупал языком заветную складочку…

– Коньяк, виски, джин, вино, пиво или сок, сэр? – вывел его из сладких воспоминаний голос стюардессы.

“Кстати о виски, – подумал Сергей, осушив небольшую бутылочку. – Татьянка тогда была замужем…”
* * *

Татьянка тогда еще была замужем, и они либо урывками встречались у него на квартире, либо он приезжал к ней в больницу во время ее ночных дежурств. В то дежурство Сергей принес бутылку виски. “Ой, зачем ты потратился? Спирт есть!” – воскликнула Татьянка. Попробовали виски, сделали вывод – гадость, запили спиртом. Он быстро сбросил то немногое, что было на нем надето по августовской жаре. “Как ты соскучился! – провела Татьянка по низу его живота. – Подожди! Я тебе массаж сделаю. У меня был тяжелый день, и я еще не совсем готова”. Сергей положил руки на стол, опустил на них голову. Он сразу ощутил на затылке нежные, но сильные Татьянины пальчики. “Тибетский, воротниковый”, – определил он разновидность массажа. Татьянка массировала Сергея, расслабляя одни и возбуждая другие центры его нервной системы. Ее руки перешли с плеч на грудь Сергея, пробежались по ней, стали тихонько поглаживать соски. Татьянка прижалась к возлюбленному. Под халатом у нее ничего не было. Сергей почувствовал шелк ее волос. Она поигрывала ими, гладя лобком копчик Сергея. “Я больше не могу!” – простонал врач.

Он поднялся и бережно положил Татьянку на стол. Она прикрыла свои серо-зеленые глаза, забросила ножки на плечи Сергея. Постанывая, женщина принимала его поцелуи, которыми тот покрывал ее колени, икры и особо чувствительные места под коленями. Сергей приподнял Татьянины ягодицы, пощекотал пальцами между ними, приготовился слиться с ее горячим и ждущим телом…

– Ваш завтрак, сэр! – стюардесса поставила на столик перед Сергеем поднос.

Сергей скользнул глазами по аппетитно разложенной снеди, остановил взгляд на вазочке со взбитыми сливками.
* * *

Тогда Татьянкин муж уехал в командировку на целых две недели. Суббота и воскресенье оказались в распоряжении возлюбленных. К Сергею Татьяна приехала с большим пакетом снеди. “Мой перед отъездом накупил, – пояснила она. – Здесь взбитые сливки. Я их обожаю! Даже придумала, что делать с таким большим количеством. Скушай ложечку, вторую. Вкусно? Теперь ложись в постельку на животик. Будет еще вкусней!”

Что-то прохладное облепило спину Сергея. Он почувствовал, как прохлада исчезает, уступая место горячему Татьянкиному язычку. Вылизав лопатки, она несколько раз прошлась языком от складок между ягодицами до шеи. Сергей уже больше не мог лежать на животе. Со сладостным стоном он перевернулся на спину. В губы ему уперлась покрытая густым слоем сливок Татьянкина грудь. Сергей мгновенно очистил ее языком и продолжал ласкать. Татьяна бросила несколько горстей сливок на живот Сергею. Приникла к нему, щекоча рукой сосок, лаская другой рукой и волосами самое сокровенное возлюбленного…

– Вау! – резануло по ушам Сергея.

С экрана нависшего над салоном телевизора девушка с овечьими глазами рассуждала о преимуществе тампонов “Тампакс”. “Где они девиц с такими лицами набирают? – подумал Сергей. – Хоть тампоны, хоть женские гигиенические прокладки – все рекламирующие девушки на одно лицо, с пустым бездумным взглядом. А когда они появились в Москве…”
* * *

Когда они появились в Москве, Татьянка только что развелась с мужем. Это событие она отмечала в оставленной бывшим супругом квартире, на самом верху 12-этажного дома, неподалеку от Таганки. Они пили шампанское, любуясь раскинувшимися по берегам Яузы остатками старой Москвы. Татьянка бросила на Сергея призывный взгляд. Целуя ее виски, он помог снять бархатное платье изумрудного цвета, нитку жемчуга с шеи. Татьянка прижалась к Сергею, холодя его кожу кружевом эротического белья и горяча животом своего тела. Сергей целовал ее плечи, руки до самых пальчиков, ладошки, локотки, предплечья, подмышки, снова плечи. Скользнув щекой по шелку и кружевам, он коснулся Татьянкиной ножки. Покусывая ее, он снял с любимой колготки и вдруг заметил на левой ее ноге свежий серповидный шрамик.

– Откуда это? – удивленно спросил врач.

– Мой бывший, придурок, во время нашей последней поездки на дачу вздумал ревновать. Толкнул меня на старые доски. Я напоролась на гвоздь. Крови было! Потом он мне ноги целовал, умолял простить… Иди ко мне, Сереженька! Помоги раздеться до конца! – позвала Татьянка.

Освободив ее от “эротики”, Сергей с удивлением обнаружил торчавший из возлюбленной шнурок.

– Это наши женские дела, – поняла его недоумение Татьянка. – У меня критические дни начались раньше обычного. Вероятно, перенервничала во время развода. Есть место, где я – девственница. Там еще никто не бывал.

Татьянка повернулась спиной к Сергею и легла на бок. Она закинула руку за голову, погрузила пальчики в кудри Сергея и прошептала:

– Смелей, любимый! Не бойся…

– Уважаемые дамы и господа! Наш лайнер произвел посадку в аэропорту Шереметьево-2, – вернул Сергея к действительности голос стюардессы. – Московское время…
* * *

Перехватив взгляд пожилой американки, направленный на его вздувшиеся в районе ширинки джинсы, Сергей перевел стрелки часов и направился к выходу.

“Милая, милая, моя Татьянка, – мысленно обращался Сергей к любимой, когда такси несло его к Таганке. – Ты поняла меня, когда я уезжал. Поймешь, почему я не писал и не звонил. Но теперь все хорошо. У нас домик, кое-какие сбережения в банке, на автостоянке аэропорта города Солт-Лейк-Сити нас ждет хоть и слегка подержанный, но свой джип “Ларедо”. Не беда, что я провалил в Штатах экзамен на врача. Санитар “скорой помощи” тоже кое-что может. Назад полетим через Париж. Ты всегда мечтала побывать там. Потом на несколько дней остановимся в Нью-Йорке… Вот и мост через Яузу. Дверь на балконе у Татьянки открыта. Слава Богу – дома!”

Сунув водителю бело-зеленую банкноту, Сергей подхватил сумку и пошел к подъезду, возле которого собралась небольшая толпа.

– Че случилось, Сяменовна? – протяжно спросила кого-то из толпы высунувшаяся из окна старуха.

– Да врачиха-алкоголичка с двенадцатого этажа с балкона выбросилась, – ответили ей. – Допилась!

Почуяв недоброе, Сергей раздвинул толпу. Его взгляд пробежал по полам поношенного халата и уперся в серповидный шрамик на левой ноге…